Быть правой или счастливой?

loveВолшебный рабочий день уже подходил к концу, когда в дверь постучались.

– Войдите, – привычно позвала Добрая Волшебница.

В дверях показалась высокая женщина с грустными глазами.

– Здравствуйте, мне сказали, что Вы творите чудеса, – неуверенным голосом поздоровалась она.

– Да, это моя профессия, но что же Вы стоите в дверях, проходите, присаживайтесь.

Волшебница встала навстречу гостье, указала ей на удобное кресло рядом с чайным столиком, налила в синюю с золотым рисунком чашку волшебного отвара Счастья.  Женщина села, пригубила отвара, и начала свой рассказ:

– Понимаете, уважаемая Волшебница, в моей жизни абсолютно все плохо!

Я работаю очень большим  начальником, и мои подчиненные, это просто какой-то кошмар. Они абсолютно ничего не в состоянии сделать самостоятельно, ленивые, безответственные люди.

Дома тоже не отдохнуть. Мой муж работает в маленькой мастерской за маленькие деньги, совсем не помогает мне дома, он слабый, мягкотелый человек, я совсем не получаю от него поддержки. Он без конца раздражает меня. Что бы он ни сказал, это всегда банально и не умно. Он плывет по жизни, не вдумываясь, не вникая. А еще он без конца врет! А я не выношу неправды. Сама я очень прямой человек, всегда говорю, что думаю, никогда не лгу и не выкручиваюсь. Мне давно кажется, что я уже не люблю его, но развод это так ужасно, и у меня совсем нет на это времени.

Моя дочь бездельница и лентяйка. В школе она не считает нужным напрягаться и получает оценки явно ниже, чем могла бы. Она не выполняет абсолютно никакой домашней работы. Все хозяйство на мне, это так несправедливо. А моя доченька целыми днями смотрит телевизор и развлекается с подружками.

У меня нет друзей. Люди, окружающие меня, заняты какими-то глупыми, не интересными делами, у них низменные заботы. Они не читают книг, не занимаются самосовершенствованием, без конца сплетничают, и бегают по распродажам.

Я ужасно одинока и несчастна! Я уже обращалась к психологам и целителям. Одни давали мне советы, другие таблетки, но советы оказывались не действенными, таблетки только туманят мой мозг. Да и как таблетки, которые пью я, могут изменить моего мужа! Дорогая Волшебница, мне поможет только чудо! Прошу Вас, берите скорее свою волшебную палочку, взмахните ею, и пусть все станет так:

Мои работники станут болеть душой за производство, прилагать усердие и смекалку к работе.

Мой муж станет сильным, мужественным, высокоинтеллектуальным человеком, устроится на работу, где станет получать в два…нет в три раза больше денег. После работы мы с ним дружно будем заниматься хозяйством. А потом долгими и счастливыми вечерами станем обсуждать прочитанные вместе книги. Мы станем по-настоящему близкими людьми.

А моя дочка, пусть станет отличницей, займется шахматами и полюбит убирать и мыть посуду.

Волшебница слушала свою посетительницу, молча, кивая головой и сочувственно улыбаясь. Еще с порога она поняла, какие проблемы мучают гостью. Вся ее фигура, высокая, статная, женственная, затянутая в темно-коричневый деловой костюм кричала «у меня все под контролем». Такие женщины всегда правы. И бесконечно одиноки. Для них у Волшебницы был припасен волшебный вопрос:

А что тебе важнее? Быть правой, или быть счастливой?

Но в этот раз, что-то останавливало ее от того, чтобы задать свой излюбленный вопрос. Уж больно измученной выглядела посетительница, уж слишком полагалась на чудо. А может быть Волшебница сама устала к концу рабочего дня, и не нашла в себе сил диспутировать.

Хозяйка волшебного кабинета встала, подошла к гостье и промолвила:

– Ты хочешь чуда, милая? Хорошо, я сотворю чудо! Ты станешь счастливой, муж изменится, подчиненные станут лучше работать, дочь лучше учиться, у тебя появятся новые друзья. Все будет так,  как ты мечтаешь. – И, с этими словами она коснулась волшебной палочкой губ несчастной женщины.

Элла (именно так звали нашу героиню) вышла из кабинета несколько ошарашенная. Она ожидала от визита явно большего, но с Волшебницей не поспоришь, и, несмотря на разочарование, она сказала только:

– Спасибо! До свидания!

Автобус как всегда задержался, погода была мерзкая, зонтик сломался еще днем, поэтому поднимаясь на подножку, Элла приготовилась высказать водителю все, что накипело на душе.

– Я надеюсь, в дороге с Вами ничего не случилось? – мягким, не своим голосом произнесла она… и растерялась. Это были совсем не те слова, которые разгоряченная злостью Элла приготовила на остановке.

– Дождь, трасса очень скользкая, простите, пожалуйста, что Вам пришлось ждать, замерзли? Хотите чаю? У меня есть термос, – ответил расстроенный шофер.

– Нет, нет, спасибо, – пробормотала Элла и ушла на заднюю площадку, стесняясь неожиданной слабости.

Дома все было как обычно. Дочь, закрывшись в своей комнате, смотрела бестолковое телешоу для подростков. Раковина полна посуды, муж задерживается на работе. Распахнув с сердцем дверь в детскую, Элла приготовилась к гневной тираде. Но вдруг услышала чужой голос, с незнакомыми интонациями:

– Привет, малышка, как прошел день? Что это ты смотришь? Интересно?

Дочь посмотрела на маму удивленными глазами:

– Да… все нормально… как всегда… А ты как? Мам, с тобой все нормально?

– Да, немного устала, но это не страшно, сейчас поужинаю, и все пройдет. Я люблю тебя, солнышко.

Дочь решила, что наверно мама действительно ОЧЕНЬ устала. Она была просто сама не своя.… Так она никогда еще не разговаривала. Девочка выключила телевизор и молча пошла на кухню. Включила чайник, достала из холодильника кастрюлю с супом. Посмотрела на маму, завязывающую тесемки фартука, и, вдруг испытала такую жалость, к ней, такую нежность. «Бедная мамочка, – подумалось ей,- она так устает на работе, у нее такая ответственная должность, и мы дома ей совсем не помогаем, а она, оказывается, скучает по мне.… Наверно ей хочется, придя с работы посмотреть шоу вместе, а она вынуждена мыть посуду». И она подошла к маме, прижалась к ней, сняла с нее фартук, и встала к раковине.

– Покушай, мамочка, а потом, отдыхай.

В этот момент в дом вошел муж. Элла посмотрела ему в лицо, и в душе поднялось привычное раздражение. «О, Господи, как же мне надоело, этот помятый вид вечного неудачника, эта маска постоянного недовольства, как мне терпеть это ничтожество?». Ей захотелось, наконец, докричаться до него, добиться понимания. Ведь она же хочет как лучше, она хочет мирного дома, счастливой семьи, близости, понимания! Но голос снова отказал ей:

– Добрый вечер, дорогой! Какой усталый у тебя вид… Что случилось? Садись, я налью тебе супа, поужинаем вместе, а потом расскажешь, что тебя расстроило.

Муж с дочерью выглядели живой иллюстрацией к «немой сцене» Гоголя. Разговора по душам в этот вечер так и не получилось. Слишком потрясены были домочадцы, слишком утомлена Элла великой войной «Мысли и Слова».

Утро началось необычно. Зайдя в комнату к дочке, вместо обычного «Подъем, быстренько, а то в школу опоздаешь!», Элла уже знакомым, но все еще чужим голосом сказала:

– Котенок, доброе утро! Как спала? Вставай, любимая!

В груди шелохнулось что-то теплое, глаза защипало, и Элле захотелось подойти и погладить заспанную мордашку. Она смутилась и ограничилась тем, что распахнула шторы, впустив в комнату веселый солнечный свет.

Дочь впервые за много месяцев вскочила в хорошем настроении, чмокнула маму на бегу в щеку, и, уже  через 10 минут стояла на кухне готовая к выходу в школу. Элле не пришлось сделать ей ни одного замечания.

Муж подошел к ней и несмело спросил:

– Ты вчера была такой необычной…, у тебя что-то случилось?

Элла хотела было ответить, что у нее все, как всегда под контролем, что она вполне способна разобраться со своими проблемами. Но подлый голос опять выдал не то, что диктовал разум:

– Знаешь, просто ужасно устала. Скорее бы выходной. Так хочется побыть с вами дома, понежится в тишине и покое, отдохнуть вместе. А сейчас, ступай на работу. Я люблю тебя, Хорошего тебя дня.

На работе у нее, наконец, нашлось время подумать. Что же с ней происходит, что это за напасть? И тут Элла ощутила прикосновение палочки к губам! Вот оно что! Волшебница наложила заклятие на ее губы. Теперь они жили самостоятельной жизнью, и отказывались слушаться воли хозяйки. Ее собственный речевой аппарат вышел из-под контроля. Такого она потерпеть не могла. Решительно включив компьютер, Элла приготовилась написать гневное письмо Волшебнице, потребовать от нее ответа, отмены волшебства. В электронной почте обнаружилось письмо из «Агентства Чудес» в нем была только одна фраза:

Что тебе важнее? Быть правой, или быть счастливой?

Сердце Эллы остановилось на мгновение, а потом забилось с невероятной скоростью. В голове мелькало множество мыслей «Но как же так… как жить, не будучи уверенной в своей правоте…. я не могу быть счастливой, когда я не права… а как же моя ответственность за все происходящее…. А как же я узнаю, как правильно поступать…  как воспитывать  ребенка, не зная, где правда, где ошибка…» Но сердце… сердце было уверено в ответе…

Хочу быть счастливой! – пело оно.

В дверь кабинет поскреблась секретарша.

– Элла Андреевна, к Вам старший менеджер.

– Спасибо, Светочка, пусть войдет. Ты очень мило выглядишь сегодня.

Нужно отдать должное Свете, в обморок она не упала. От растерянности добавила боссу лишнюю ложку сахара в утренний чай. Потом подумала, добавила на поднос блюдце с печеньем.

Отчет менеджера раздражал своей тусклой безынициативностью. Готовая устроить  разгон, Элла произнесла своим изменившимся тоном:

– Молодец, Володя, я вижу, что ты постарался. Только знаешь что? Давай-ка дружок, все это переделаем! Пофантазируй, ты же можешь! Сделай так, чтобы отделу было интересно выполнять этот план! Хорошо? Я не буду давать тебе советов, чтобы не сбить с мысли, сделай так, как сам думаешь! Сколько тебе надо времени?

Володя оглянулся, в надежде найти объяснение неожиданному изменению в начальнице, и не найдя, вышел молча, оставив последний вопрос без ответа.

Эта игра начинала забавлять Эллу. Она решила подождать со скандалом Волшебнице, и посмотреть, чем все это закончиться. Но сколько времени отвести себе на эксперимент? Элле необходимо контролировать процесс, даже волшебный. В кабинет протиснулась Светочка и молча, положила на стол папку документов на подпись. На папке была надпись № 21.

«21! Здорово. На том и порешим. Даю себе 21 день. А потом пойду к Волшебнице и потребую меня расколдовать. На 21 день я выбираю быть счастливой, а не правой!»

Дома ее ждал сюрприз. Впечатленная чудесным перерождением мамы, дочка, приготовила ужин и убрала в гостиной. Элла крепко обняла ее и, целуя, проговорила:

– Доченька моя милая, солнышко мое, спасибо тебе, крошка! Я так тебе благодарна!

Девочка даже застеснялась такого бурного проявления благодарности, за такую мелочь. Но ей захотелось сделать для мамы еще больше, чтобы еще раз услышать такой ласковый, полный любви голос.

Муж пришел с работы пораньше.

– Как здорово, что ты уже дома, милый! Доченька приготовила нам ужин, давайте поужинаем все вместе, и заберемся с ногами на диван секретничать!

В этот вечер они открыли друг в друге столько нового….  Дочь призналась, что терпеть не может математику, и учится в математической спецшколе только чтобы не расстраивать маму, а на самом деле она любит рисовать и лепить из глины.  Но она и заикнуться не смела о переходе в другую школу. Она принесла свои рисунки, которые прятала от мамы в столе, они оказались очень талантливыми. Элла пообещала дочери записать  ее в художественную школу, и попросила дотянуть в математической, до конца учебного года, заранее простив ей тройку по математике в году. Муж пожаловался, что совсем не любит свою работу, мечтает уйти, но боится, что не сможет заработать и того минимума, который ему платят в постылой мастерской. Они долго обсуждали ситуацию, планировали, считали, и, пришли к выводу, что если он сейчас начнет свой бизнес, то в течение нескольких месяцев семья сможет продержаться без его зарплаты. Муж был несказанно благодарен Элле за ее понимание. Она, заразившись его возбуждением, хотела составить план действий и смету. Но вместо этого сказала:

– Я рада, любимый, что у тебя теперь появится интересное дело! Я верю, что у тебя все получится! Ведь ты же у меня гений!

Прошло три месяца. Учебный год закончился, вопреки ожиданиям дочка получила по математике 4. Она увлеклась этой наукой, обнаружив, что та помогает ей рассчитывать пропорции  тела при создании портретов. Правда, план о переходе в новую школу, не отменила.

Бизнес у мужа пошел в гору неожиданно быстро. Поначалу Элле хотелось вмешаться, проконтролировать, но со временем, она отпустила и это. Все равно она ничего не понимала в этих его студийных делах. И новая студия звукозаписи стала развиваться по каким-то собственным, незнакомым Элле законам.

На работу она теперь ходила с удовольствием. Там собралась команда друзей-единомышленников. Они разрабатывали новый проект, спорили, смеялись, подначивали друг друга. Все это было весело, возбуждающе, интересно.

Элла записалась в секцию йоги, где познакомилась с замечательными девчонками. У них нашлось много точек соприкосновения, и они с удовольствием проводили вместе один – другой вечер в месяц.  А больше не получалось. Элла все-таки была очень занята. После работы она спешила домой. К любимому мужу, который был не только супругом, но и другом, близким человеком, партнером во всех делах. К дочке, которая каждый день удивляла чем-то новым. Подростковый возраст необычайно богат событиями, и во всех этих радостях, горестях и свершениях Элле хотелось быть рядом с любимым ребенком.

«Война мысли и слова» больше не беспокоила Эллу. Она и не заметила, когда привыкла к новому тону, к непривычным словам.

Однажды, ее взгляд упал на знакомую папку с номером 21. Элла, словно что-то вспомнив, нахмурилась. В этот момент звякнул компьютер. Она открыла почту и увидела письмо:

Любовь – есть истина души! Прав тот, кто мыслит категориями любви!

 

Мира – сказка о том, как больно не летать

oh_sarahЖили – были, в чудесной стране с красивым названием Мира, сказочные жители. Мирцы были очень разные, но жили дружно.  В общем, это были четыре совсем разных народца, но они так любили друг друга, что предпочитали называть себя одинаково – просто Мирцы, или народ Миры.

Часть Мирцев была прямоходящей. Они больше всего были похожи на людей. Прямоходящие занимались науками, ремеслами, а еще очень любили строить.

Вторая группа – Ползающие. Эти обожали землю. Они были, в основном земледельцами.  Ползающие получали энергию прямо от земли, поэтому все время, как бы обнимали ее, и передвигались ползком, прижавшись к поверхности планеты.

Третьи – летающие. Все они были невероятно легкими, веселыми, и, все как один, талантливые. Летающие в основном занимались исскуством. Из их же среды вышли почти все целители Миры. Там, в небе, они могли встретить душу больного и расспросить ее, почему возникла болезнь, и как ее исцелить.

Четвертые – Плавающие. Они занимались торговлей и внешней политикой.

Жили Мирцы весело, помогали друг другу. Каждый занимался своим делом. Болели исключительно редко, а когда такое случалось, кто-то из целителей быстро договаривался с душой больного, и, тот поправлялся.

 Так бы и жила Мира своей счастливой, спокойной жизнью, если бы не цунами.

Мирцам цунами было не страшно. Плавающие заранее почувствовали его приближение, Летающие сверху предупреждали о передвижениях водного потока, Позающие помогли Прямоходящим выстроить земляную стену на побережье.  Мира не пострадала. Когда волны улеглись, на стене нашли полуживое, избитое об камни существо. Оно было похоже на прямоходящих Мирцев, только кожа у него была странного розовато-белого цвета, и вокруг глаз росли тоненькие волоски. Да и глаза были не обычные, располагались не на висках, как у Мирцев, а около носа. Несчастного отнесли в хижину к целителю. Сколько не летал над потерпевшим целитель, но с его душой контакта установить не смог. Пришлось отпаивать травами и накладывать гипсовые шины на переломанные конечности.

Вскоре человек (так он назвал себя) стал поправляться. Он прогуливался по улицам Миры, заходил в кофейни и разговаривал с Мирцами. Человека бесконечно удивлял государственный строй Миры.

– Как же ваш король управляет таким народом? Ведь он не может быть уверен, что его приказы выполняются в точности. Ползающие делают все по своему,  Летающие иначе, а Плавающие вообще уходят в открытое море, и не доступны отчетности!

– Приказы? Но наш король занимается своей королевской работой, ему не до каких-то приказов! Да и кому приказывать, если каждый занят своим делом?

– А что же тогда, по-вашему, королевская работа?

– О, у короля масса дел! Он назначает дату и место проведения праздников, утверждает сценарии радостных мероприятий, благословляет молодые пары, дает имена новорожденным детям, присутствует на всех творческих вечерах, открытиях новых музеев и театров, новосельях, принимает послов зарубежных государств, с которыми наладили связи наши Плавающие, а еще следит за отделением доли от урожая в пользу соседних, менее благополучных стран! Он так занят, что нам пришлось устроить революцию!!! – при этих словах Человек напрягся и стал слушать еще внимательнее,- мы настояли на том, чтобы король взял себе премьер-министра, который замещает его в течение одной недели ежемесячно. На эту неделю король с женой, принцами и принцессами уезжает на уединенный остров, ловить рыбу и отдыхать!

– А контроль, а наказание непокорных?

Этих слов Мирцы не понимали, но на всякий случай улыбались и кивали головой. Им не хотелось показывать Человеку, что между их языками есть такая разница, они боялись, что это может смутить его.

Когда Человек совсем выздоровел, его стали приглашать на все государственные праздники. Так как Мирцы были очень веселым народом, праздники у них были почти каждый день. На выставках, новосельях и танцевальных вечерах, Человек старался держаться поближе к королю. Королю он тоже нравился. Правда, Мирцы стеснялись смотреть Человеку в лицо, уж больно он был некрасив по Мирским стандартам, но дружескому общению это не мешало.

Как то само собой получилось, что когда премьер-министр попросил годовой отпуск для женитьбы и рождения детей (у Ползающих было принято, что в период беременности и первые месяцы после родов мама и папа уединяются в уютной пещерке, и посвящают время друг другу и новорожденным деткам),  на его место поставили Человека. Во-первых, он все равно все время крутился во дворце, во-вторых, у него одного во всей стране не было любимого дела, а в-третьих, он сам этого хотел.

И вот в очередной отпуск короля, под небом Миры раздался громкоглассный призыв.

– СРОЧНО! СРОЧНО! СРОЧНО! ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ МИРЫ СОБРАТЬСЯ НА ДВОРЦОВОЙ ПЛОЩАДИ!

Место, выбранное новым премьер-министром для встречи, всем показалось очень странным. Обычно всеобщие праздники проводились у кромки моря, чтобы всем жителям было удобно. Но Мирцы не стали спорить, решив, что премьер-министр устраивает какой-то новый, невиданный ранее праздник.

Летающие спустились с небес, ползающие приподняли головы над землей, плавающие выбрались на сушу, прямоходящие старались помочь друзьям устроиться поудобнее.

– Всемирский Указ! С сегодняшнего дня строго запрещается любой способ передвижения, кроме прямохождения!  Всякий, кто попытается, в нарушение указа, летать, ползать или плавать, будет строго наказан. Для этой цели правое крыло дворца перестроено под тюрьму, где, на хлебе и воде, закованными в цепи, будут содержаться нарушители закона.  Праздники нарекания детей и инициации совершеннолетия, ранее проводимые в этом помещении, отменяются.

Мирцы поначалу посмеивались, ожидая смешного сюрприза, но вскоре поняли, что Человек не шутит. Вокруг него стояло несколько, вооруженных отбойными молотками (ведь оружия в Мире никогда не было) Прямоходящих, преданно смотревших на нового правителя. В основном это были молодые люди, которые поверили страстным речам премьер-министра, об опасности, нависающей над их любимой страной, из-за мягкотелого правления, разброда в массах и неподконтрольности некоторых граждан власти!

Мирцы не стали спорить. Не в их характерах было тратить время и силы на конфликт. Неделя отпуска короля скоро закончится, и все встанет на свои места. Если что-то и беспокоило добрых жителей чудесной страны, так это судьба Человека. Они переживали за то, как ему будет неудобно и стыдно перед королем за глупые нововведения.

Но неделя прошла, а затем и другая, а король не возвращался. Ведь все Плавающие были на суше, и некому было переправить короля на большую землю.

Начались суровые времена. Нескольких Летающих поймали и бросили в тюрьму, одному даже отрезали крылья. Ползающие страдали больше всех, они даже спать, вынуждены были стоя, чтобы охранники не заподозрили их в ползании.

Шли годы. Мирцы привыкли к прямохождению. Страна изменилась. Наступил голод. Земля, потеряв связь со своими земледельцами, перестала приносить урожай, каналы, не поддерживаемые работой Плавающих, перестали орошать поля. Конечно, о развитии искусств, нечего было и говорить. Летающие не могли творить без полета, а уж тем более на голодный желудок. Ремесла теряли свою сущность. Ведь не для кого Прямоходящим было разрабатывать новые формы надкрыльников для полета против потока воздуха. Никому не нужны стали исследования молекулярной структуры кораллов. В Мире давно ничего не строили.

Хуже всего было то, что все Мирцы стали болеть! От непривычной нагрузки на ноги и позвоночники, Ползающие, Летающие и Плавающие страдали страшными болями. От смены привычной среды обитания у них начались тяжелые кожные болезни. Плавающие задыхались на берегу и страдали астмой, Ползающие мучились от головокружения из-за не физиологичного положения головы, у Летающих развивалась болезненная атрофия крыловых отростков. Прямоходящие страдали больше всех. От чувства вины, у них болели сердца, от тоски по любимой работе воспалялись легкие, от страха перед неопределенным будущим отказывали почки.

Все Мирцы болели, но некому было их лечить. Ведь целители могли работать только в полете. Они излечивали своих пациентов, договариваясь с их душами, а сидя на земле, они ничем не могли помочь страдающим землякам.

В одной бедной хижине жил юноша. Он родился в семье Летающих, но в год указа был еще совсем маленьким, и даже не успел научиться летать. Его папа был тем самым первым Летающим, которому отрезали крылья, а маму он не помнил. Она через несколько недель после указа взлетела над дворцом, прямо не глазах у премьер-министра, и бросилась грудью на острый шпиль. Она не смогла жить без полета.

Юноша рос не задумываясь об утраченном качестве, как все ходил в школу, изучал новую историю Свободной Миры. На уроках анатомии и физиологии ученикам объясняли пользу прямохождения, бесполезность атавистических образований тела в виде крыльев, плавников и утолщений на ладонях. Специальность детям выбирал директор школы, скучный Мирец в темных очках с широкими руками и вечным головокружением. Происходило это на выпускном вечере. Директор подзывал к себе ученика, сверял номер его студенческого билета с номером профессии в реестре министерства труда, и судьба молодого человека решалась.

Наш Юноша окончил школу на прошлой неделе и получил распределение на стройку нового здания тюрьмы.

Сегодня он сидел у окна и думал о тяжелой работе, которая его ожидала. Юноша был инвалидом. Он постоянно страдал от тяжелейшей боли в спине. Эта боль не давала ему покоя ни днем, ни ночью. Раскаленным ножом взрезала она позвоночник между лопатками. Обезболивающие настои перестали помогать еще в детстве, специальная гимнастика прямохождения, назначаемая в таких случаях придворным целителем, только усиливала боль. Юноша редко был в состоянии досидеть урок в школе до конца. Мучительная резь в спине заставляла его без конца менять позу, и, не дождавшись звонка, выходить из класса. Немного облегчал муку отдых, лежа на траве, но если бы это увидел школьный надзиратель, не избежать бедному Юноше порки за ползание!

Однажды в жизни Юноши произошло странное событие. Он спрашивал об этом отца, но тот, запуганный властями, накричал на него, и строго настрого заказал никому никогда об этом не рассказывать. Юноша не рассказал никому, но сам все время вспоминал, и пытался понять, что же тогда случилось.

Он учился в 6-ом классе. Во время подготовки к уроку природоведения, к которому надо было написать трактат о ненаучности утверждений о наличии разумной жизни на островах, окружающих Миру, перо зацепилось за бумагу и на листе появилась огромная клякса. Была она необычная, похожая на дракона без головы. Юноша пальцем стал размазывать чернила, придавая дракону новую форму, приделал ему голову, нарисовал когти, струю огня из страшной пасти. Через несколько захватывающих минут он опомнился. Стыдливо оглянулся вокруг, с облегчением понял, что никто не видел его позорного, легкомысленного занятия. Вырвал лист с драконом, сжег его в плите, вымыл руки и сел переписывать трактат.  Но всякий раз, когда он вспоминал об этом случае, он чувствовал тепло и легкость в спине между лопатками, легкое и приятно головокружение и шуршание крыльев за спиной.

Юноша продолжал сидеть у окна, раздумывая и вспоминая, на улице смеркалось. Вдруг в небе появилась маленькая точка. Она росла, приближаясь, и вскоре, юноша с ужасом понял, что это Летящий в небе. Юноша с трудом поднялся со стула, спина в тот день болела как никогда сильно. Прохромал к двери, распахнул ее. Оглянувшись, не увидел посторонних возле дома, и замахал руками сумасшедшему в небесах.

– Сюда, сюда, скорее, пока тебя не увидели охранники!

Летящий увидел его призыв и спустился. Он оказался ровесником Юноши, незнакомым парнем с широкой и задорной улыбкой.

– Привет! Я смотрю ты тоже Летающий! Почему ты не полетел ко мне на встречу? Почему размахивал руками и звал меня на землю? У тебя больные крылья? Тебе нужна помощь? Я не очень хороший целитель, но если ты хочешь, я попробую договориться с твоей душой.

Юноша смотрел на Чужого во все глаза. Он понимал каждое слово, сказанное тем, его смысл его речи до сознания не доходил.

– Почему ты летаешь? – спросил он шепотом

– Почему летаю? А, ты это имеешь в виду. Да, генетика смешная штука! Мой папа Ползающий, мама Летающая. Все мои братья и сестры родились Ползающими, а я – один уродился в маму! Но в нашем случае это здорово. Ведь на нашем острове нет никого кроме нас, если бы не папа и братья, мы с мамой умерли бы с голода. Ведь мы совсем не умеем обрабатывать землю. А они не обошлись бы без наших песен. А кто разрисовывал бы стены в построенных ими землянках? А кто поговорил бы с душой маленькой сестренки, когда она наелась незрелых яблок.

– Подожди! О каком острове ты говоришь? Почему ту нарушаешь указ, и что значит «разрисовывать стены»?

Собеседники  поняли, что хоть и говорят на одном языке, но совершенно не понимают друг друга. И они начали рассказывать друг другу ту часть истории, которой недоставало второму.

Грустный рассказ больного Юноши мы, к сожалению уже знаем. А вот, что ему рассказал Чужой.

– Я по рождению принц Миры. Правда я родился уже на острове, и никогда в Мире не бывал, так что мой титул для меня ничего не значит. Но семейная легенда гласит, что много лет назад папа и мама с моими старшими братьями прибыли на остров в отпуск, а через неделю, когда они ожидали Плавающих, для переправки на большую землю, никто не приплыл. Мама полетела во дворец, чтобы выяснить, что случилось, но ее пытались подстрелить, и она срочно вернулась к нам. По пути она заметила, что ни Плавающих, ни Летающих, ни Ползающих в городе нет. Так мы остались жить на острове. Мама больше лететь не захотела, а папа и не мог. Кроме меня, как я уже сказал, Летающих детей у них  нет. Так что, когда я вырос, я уговорил родителей разрешить мне слетать на большую землю и выяснить, что тут происходит.

Они разговаривали всю ночь. И наш больной Юноша узнал много потрясающих воображение вещей. Его новый друг пел ему свои песни, нарисовал невероятно похожий портрет и без конца рассказывал о невозможном счастье полета.

А больной Юноша говорил ему, что даже если бы и осмелился нарушить Указ, взлететь все равно не сможет, он же инвалид. И тогда, его новый друг совершил невозможное. Он взлетел ввысь, над головами, окруживших уже дом, стражников, и помчался искать душу своего друга. Когда он пытался вернуться, стражники направили на него оружие, он развернулся над домом, и, прокричав свой последний привет Юноше, умчался на остров, где его ждала семья. Но Юноша услышал его слова.

– Ты болеешь, оттого что не летаешь!

Стражники сжимали кольцо оцепления, а Юноша все смотрел вслед своему другу.

И вдруг, впервые в его жизни, шальная и веселая мысль пронеслась в голове.

«А что я теряю? Свободу? Не хуже будет в тюрьме, чем на мнимой свободе. Жизнь? Она ни к чему мне без полета».

И Юноша, взмахнул непривычными крыльями, и, сначала кособоко и неловко, а потом все грациознее взмыл в голубую высь. Он летел, кричал от восторга, слезы текли по его бледным щекам, а небо вокруг переливалось таким разнообразием красок, что так и просилось вылиться палитрой  на холст.

Он летел прямиком к дворцу. Герой ожидал, что в него станут палить из ружей, попытаются поймать, но стражники, ни разу ни столкнувшиеся с протестом и неповиновением, растерялись. Мирцы смотрели ему в след с немым восхищением, и вот, еще несколько молодых Летящих бросились ему вслед. В стране начался переполох. Старики испугано закрывали ставни, молодежь бросала опостылевшую работу и устремлялась к родной стихии. Плюхались в море Плавающие, взмахивали крыльями Летающие. Ползающие зарывались заплаканными лицами в родную землю, дышали ею, целовали ее. Прямоходящие заводили зажигательные танцы.

Никто и не вспомнил о страшном премьер-министре. И только его приближенный советник, бросившись в кабинет босса, чтобы получить указания, увидел удаляющуюся фигуру, со всех ног бегущую к единственной сохранившейся в стране  лодке.

Самые сильные, молодые Плавающие организовали экспедицию на Королевский остров.

Нелегко пришлось королю по возвращению во дворец. Мирцы, стосковавшиеся по праздникам, устраивали их по любому поводу, а поводов у них теперь было много.

В хижине на окраине города сидели два друга, два Летающих юноши. Один из них, одетый в маленькую золотую корону, играл на лютне и пел Песнь Ветра, а второй писал на холсте предзакатное небо.

Повелитель Монстров – сказка для мальчика, который боялся монстров

SAMSUNG CSCДобрая Волшебница отдыхала после тяжелого похода. Как обычно, она спасала кого то от беды, как обычно, спасла, и, вернувшись  домой, отдыхала, лежа на диване с книжкой волшебных сказок. Она уже подумывала, не положить ли ей книжку на тумбочку, и не уснуть ли прямо здесь, на диване, как раздался тихий стук. Так волшебный компьютер извещал о прибытии срочной почты. Волшебница с неохотой поднялась с дивана, посмотрела на экран, и страшно удивилась. Прямо из компьютерного экрана на стол спрыгивали престранные существа. Были они все разного размера, от маленькой кракозябры, размером с мышь, до огромного, занимающего половину спальни монстра. Они могли бы быть страшными, если бы не растерянное выражение лиц, и умоляющие взгляды.

– Эй, стоп! Вы кто такие, и откуда на меня посыпались? – закричала Волшебница.

– Мы пришли к тебе искать спасения!!! – на разные голоса закричали страшилки: монстры, кракозябры и шуршуны.

Еле еле удалось Волшебнице их успокоить, рассадить по креслам, диванам, стульям, самые большие уселись прямо на пол, а мелочевка расположилась на столе. И поведали они Доброй Волшебнице свою грустную историю.

Жили – были в прекрасной стране Чудляндии волшебные существа.  Мирно уживались, под властью мудрого короля, тролли с эльфами, орки с гномами, монстры с драконами. Кракозябры были всеобщими любимцами, их специально прикармливали, чтобы они селились поближе к домам. Шуршуны работали там домовыми – хранителями дома.  Все жители чудесной страны выглядели по-разному. Например, монстры были огромными, черными, с колючками вместо шерсти и большими зубами. Их работой была охрана границ. Ведь враги не могли знать, что внешне устрашающие монстры, на самом деле очень добрые и чувствительные, обожают карамельки и фильмы про любовь.  Кракозябры существовали просто, чтобы приносить радость, они были похожи на больших червяков с длинными щупальцами и красиво переливались всеми цветами радуги. Шуршуны были мохнатые, приземистые, длиннорукие, жили за печкой и охраняли дом, а заодно и помогали хозяйке следить за порядком.

Жили они дружно и весело. Пока не случилась беда. Вдруг стало их что-то затягивать в чужой мир. И ладно бы, если бы этот мир оказался пригодным для жизни! Но новое место было страшным и враждебным. Во-первых, страшилок здесь никто не любил. Их боялись, обзывали, прогоняли, про них снимали ужасные и несправедливые фильмы, и писали кошмарные, холодящие кровь книжки. Во-вторых, все жители этого мира были одинаковыми! Страшилки ни как не могли научиться их различать. В-третьих, видеть их почти никто не мог. Поэтому они даже не могли обратиться к аборигенам, чтобы те нашли волшебника, способного отправить их домой.

Долго бедные страшилки бродили по неприветливому миру, пока не встретили чудесного мальчика. Мальчик Андрей видел их!!! Наконец-то у страшилок появилась надежда. Раз он их видел, значит, со временем, можно было бы с ним наладить контакт. Он был ребенком, а значит, верил в сказки и волшебников. А уж найти волшебника не должно оказаться такой уж сложной проблемой.

Но надежда оказалась тщетной. Андрей страшилок боялся. Может быть, книжек начитался, или кино насмотрелся, или соседские мальчишки рассказали ему каких-нибудь неправдивых историй, но Андрей панически боялся и монстров, и кракозябр, и даже мохнатых шуршунов!

Уж, как только они не пытались с ним подружиться! И комнату его охраняли, и в туалет сопровождали, и во сне на ушко сказки пытались шептать…. Одна кракозябра залезла под его кровать, и все время пыталась погладить его по руке. Но чем больше они старались подружиться с Андрюшкой, тем больше он их боялся. Но все-таки им повезло. Андрюшин папа случайно познакомился с Доброй Волшебницей, и пожаловался ей на вредных страшилок, которые его сыну жить не дают. Волшебница решила разобраться, и велела самых наглых поймать и к ней на перевоспитание отправить. А поймать их можно только одним способом – увидеть и нарисовать. Тогда страшилки оказываются как бы пришпиленными к рисунку, и их можно в любом виде переправлять с места на место. Андрюшка отловил нескольких, пришпилил, папе передал, тот Волшебнице по умной электронной почте переслал. И вот теперь они, первые посланники умоляют Добрую Волшебницу с Андреем поговорить, и их друзей спасти.

Для начала Волшебница страшилок напоила чаем с малиновым вареньем. Особенно монстры обрадовались, они же известные сластены. Потом она переправила несчастных бродяжек в Чудландию. Сделать это было совсем не сложно. Они так красочно описали свою старну, что Волшебница в одно мгновение наколдовала книжку «Хроники Чудландии», вложила в нее рисунки, и страшилки тут же оказались дома.

Затем Волшебница села писать письмо Андрею.

«Здравствуй, уважаемый супергерой Андрей! Не удивляйся, что я называю тебя супергероем, ведь миссия, которую я собираюсь на тебя возложить под силу только настоящему супергерою! На тебя возлагает надежду целая огромная сказочная страна Чудландия! Ее жители обратились ко мне с просьбой, помочь им вернуться домой. А помочь им не может никто, кроме тебя. Потому, что ты обладаешь редкой волшебной способностью видеть сказочные существа в нашем мире. Я очень тебя прошу принять титул Повелителя Монстров, и срочно начать спасательные работы. Надо, как можно скорее, найти, отловить (методом пришпиливания к рисунку) и отправить ко мне всех страшилок. Монстров, кракозябр (особенно кракозябр! Им в нашем мире холодно, они уже потеряли способность переливаться всеми цветами радуги, и могут погибнуть!), и шуршунов. Только не бойся их! Они очень ранимые и чувствительные, им страшно обидно, что такой милый мальчик их боится. Они хотят дружить с тобой, и мечтают пригласить тебя в гости в Чудландию, когда ты немного подрастешь и сможешь путешествовать один. Возможно, кто-нибудь из Чудландцев захочет остаться в нашем мире, если ты подружишься с ним и не захочешь расставаться, тогда у тебя появится новый замечательный волшебный друг. Дорогой Повелитель Монстров Андрей! Прошу тебя не медлить, и от всей души помочь нашим друзьям страшилкам. Твоя Добрая Волшебница».

Волшебница закончила письмо, отправила его Андрюшиному папе, и пошла спать. Все-таки она очень устала сегодня!

Вы уже скачали мои книги? Это можно сделать

вот здесь

"Второе Я"

Иллюстрация используется с великодушного разрешения автора, нереально пострясающего  художника Андриуса Ковелинаса.  Спасибо, Мастер!

secondmecoverЯ шел в бар на подкашивающихся ногах. Мало того, что я вообще никогда не бывал в барах, ночных клубах, и даже в ресторан заходил исключительно днем с целью пообедать, еще меня до дрожи пугал мой визави.
В последнее время я стал получать странные сообщения. То есть в принципе, ничего неожиданного в них не было, все это были выпуски разнообразных электронных рассылок, на которые я был подписан, текстовые сообщения от знакомых мне людей. Но даже самый уравновешенный человек напрягся бы, если подряд получил бы 15-20 сообщений такого типа:
«Ад, это реальность! Он внутри тебя»
«Как я вышел из могильной тьмы» – топ 10 лучших романов года
«Не расставаясь с Тьмой» – новый фильм, получивший Оскар
«Привет, дружище, выручай! У меня такой завал с работой, просто мрак и ад!»
«Сынок, на даче проблема с электричеством, поезжай, почини, рассей это тьму египетскую»
В какой-то момент, я стал понимать, что слова «тьма» «мрак» «ад» «тень» окружают меня плотным концом, кричат в уши, смеются диким оскалам в лицо. Я стал выискивать их во всех рекламных объявлениях, на всех афишах.
И апофеозом этого кошмара оказалось сообщение на телефон:
«Жду тебя в баре «Черная роса» в 21:00. Пришло время поговорить. Твой Black»
В другой ситуации, я наверно стер бы сообщение от неизвестного, и забыл бы о нем. Но теперь я был напуган, заинтригован, и воспринял сообщение, как логическое продолжение моего личного фильма ужасов….

[download id=”7″]

Узник черной пустыни

nesushaya svet3Мое одиночное заключение, казалось, длилось вечно. Где то в уголке того, что осталось от моего сознания, теплились, почти не реальные воспоминания. Вот я ребенок, маленький, довольно симпатичный мальчик. Я принес домой полугодовой табель. Я так старался все эти месяцы, табель радует оценками, только по ненавистной математике опять тройка.… Но папа же знает, что я не дружу с этим предметом, он не станет меня ругать, наверно.… Но нет, папа не доволен, он уверен, что я могу учиться на одни пятерки. Я – подросток, на дрожащих ногах спускаюсь со сцены. Я впервые пел не на уроке, не среди друзей, а в переполненном зрителями зале. Но мне не важно, что чувствовали зрители, понравилось ли им мое пение… Оценка только одного человека имеет значение.… Как сфальшивил, пап, этого же не может быть!!! Практически нет в этих обрывках воспоминаний мамы…Она как тень за папиной спиной, молчаливая, вечно согласная с отцом тень.…  И еще чего-то нет в моей памяти.  Света, радости, детского веселья. Только папино недовольство мною, папины неоправданные ожидания.

Многие годы, проведенные в этой тюрьме, я не прекращаю думать, за что? За что я получил такое жестокое наказание? Этот участок памяти заблокирован напрочь. Сколько не тужусь вспомнить, только сильнее начинает болеть голова.  Я знаю одно. Тот Суд, который заковал меня здесь, не ошибается.

Мое заключение отличается особой жестокостью. Моя камера так мала, что не только двигаться в ней не возможно, но даже дышать очень трудно. Не помню, не помню, когда я вдыхал полной грудью в последний раз. Ведь мое заключение вечно. Я даже не верю, что когда то еще был на свободе. Кажется, я уже родился здесь, в этой прозрачной капсуле из небьющегося стекла. Вы наверно думаете, что это проявление милосердия со стороны моих тюремщиков, сделать стены моей камеры прозрачной? О, нет! Это  особенная пытка. Ведь все, что я могу увидеть сквозь стекло, это черная, выжженная пустыня. Пустыня, покрытая сгустками оплавленного и перегоревшего вещества, похожего на горелый пластик. Лучи, проникающие сквозь черное небо, никогда не становятся ярче, не несут тепла. Я думаю, что, скорее всего, это не солнечные лучи. Они кроваво красные, и освещают пустыню только чуть-чуть. Ровно на столько, чтобы я понимал, это место так ужасно, что даже если я выйду из камеры, мне некуда идти…

За несколько дней до событий, о которых я хочу рассказать, у меня появилось странное ощущение. Мне стало казаться, будто я не один в этой темноте. Нет, никаких признаков присутствия человека я не наблюдал. Но я не мог отделаться от чувства, что за мной наблюдают глаза. Глаза неземные, потому, что насколько я помнил земных людей, ни у кого не было таких добрых и теплых глаз. Никто, никогда не смотрел на меня с участием и любовью.

Этот взгляд мешал, нервировал меня, но и манил тоже. Я старался не замечать его, и искал его в черноте моего мира. И вот однажды моя галлюцинация ожила. Напротив моей камеры появилась женская фигура. Я сразу узнал ее. Это ее глаза. Странные глаза на странном лице. Она растопила стены моей камеры  какими-то невидимыми лучами, исходившими не то из ее рук, не то из глаз. Из глаз, наполненных моей болью.

Она выглядела несколько растерянной и очень расстроенной. Потом я узнал, что много часов Женщина потратила на попытку впустить свет в мою пустыню, но свет не проникал сюда.

– Пойдем отсюда, – сказала она тихим голосом, – пойдем. Это место безнадежно, ему уже не помочь.

Не в силах сопротивляться могуществу этого слабого голоса, я протянул ей руку и, молча, пошел за ней.  Путь был длинным, но я не видел где, по каким дорогам мы шли. Я был как во сне. Не было в этом движении ни моей воли, ни моего осознания. В какой-то момент, я ощутил прикосновение к моему плечу.

– Мы пришли, теперь здесь твой дом.

Только тогда я понял, что весь путь я прошел с закрытыми глазами. Я понял это, ощутив страшную резь в глазах, в мозгу, во всем своем теле, привыкшем к многолетней тьме.

Мы стояли на покрытом зеленью возвышении, внизу, на расстоянии нескольких десятков метров плескалась зеленоватая вода огромного озера – почти моря. Растительность  вокруг была какой-то не естественно буйной и создавала впечатление  сделанной из пушистой материи. А еще было солнце. Нет… не так. А еще было СОЛНЦЕ!!! Солнца было столько, будто оно, ожидая меня здесь многие годы, копило свой свет, чтобы излить его на меня весь, без остатка при первой же встрече. Встреча, свидание, вот что это было. Свидание с Домом.  Мое сердце защемило от нового и неизведанного чувства. Я не знал тогда что это. Это чувство заполнило меня теплом, странным возбуждением, которое заставляло губы растягиваться в улыбке, руки тянуться к солнцу, а глаза заливало слезами. Слезами, с которыми из моей души выходила черная пустыня.

Впервые, кажется с рождения, я вдохнул полной грудью воздух своего Дома. Боже, что это за воздух. Он жужжал в моих легких, щекотал и заставлял смеяться и плакать.  Он пах флердоранжем и свежеиспеченным хлебом. Воздуха было так много, и я подумал, что даже если я буду дышать им 120 лет, его все равно останется еще много.

Я лег лицом на траву. Земля обняла меня, приподняла на своих мягких и добрых руках и стала укачивать, убаюкивать, как, наверно, любящая мать убаюкивает своего ребенка. И тогда я заплакал. Сначала тихо, почти беззвучно, а потом, уткнувшись в эти любящие руки, в голос, криком, воем, выкрикивая из самых глубин себя эту звериную тоску по любви, эти годы одиночества, это сознание собственной вины, собственного ничтожества, и справедливости страшного наказания.

Я не понял, чей это был голос. Женщина ли, приведшая меня сюда, и тихо стоявшая у меня за спиной все время пока я здоровался с Домом, или сама Мать-Земля, в которую я зарылся лицом. Голос был тихим, но звучал так властно, что казалось все вокруг заполнено этими словами:

– Послушай, я расскажу тебе историю. Много лет назад это было.  В Высший суд попало на рассмотрение дело одной Души. Душа очень молодого человека обвинялась в неправедных мыслях. Обвинитель требовал рассматривать преступление как убийство.

– Здесь, наверху, – говорил он – нет разницы между мыслью и действием. Подсудимый виновен в убийстве своих родителей! Подумайте только! Отец и мать, давшие ему жизнь, взрастившие его, отдавшие ему лучшие годы своей жизни. И об этих великих людях подсудимый думал, что они, будучи виновными в его бедах, достойны смерти. Да позволит мне Суд, предъявить эти  холодящие кровь, доказательства!

На экране замелькали картины страшной и мучительной смерти мужчины и женщины. Картины сменялись, муки несчастных становились все более жуткими, и каждая картина заканчивалась их смертью, и звуком детского плача.

– Я настаиваю в предъявлении подсудимому обвинения в убийстве и самого строгого наказания!

Тут выступил вперед защитник.  Взмахом белого крыла попросил тишины. Неожиданно, защитник попросил прокрутить  страшную съемку вновь. И вдруг остановил запись.

– Прислушайтесь! Слышите этот детский плач? Это плачет Душа нашего подсудимого. Плачет от боли и жалости к умирающим в мукам родителям. У меня тоже есть запись для просмотра.

На экране появился маленький мальчик с большими, грустными глазами. Он протягивал папе дневник, а на фоне звучал, уже знакомый суду по прежним записям, детский плач… Наезд камеры показал оценки.  По всем предметам, кроме математики были пятерки и четверки, и лишь в графе «математика» красовалась тройка. Лицо отца крупным планом.  Он говорит о том, что мальчик совсем не старался, что он мог бы учиться лучше, если бы прилагал усилия. Глаза мальчика заметались в поисках поддержки. Но стоящая за спиной у отца мама согласно качала головой. Плач стал громче, перешел в захлебывающиеся рыдания. Но на лице мальчонки не отразилось никаких чувств. Родители в своем праведном недовольстве сыном его слез не слышали.

Новая сцена. Наш подросший герой поет со сцены. У него оказывается приятный голос. Публика в зале в восторге замирает, взлетая на волнах этого голоса, несущего радость и свет. А глаза юного певца разыскивают  кого-то в зале. Вот они наткнулись на предмет своего поиска, и, потух, спустился с небес звенящий голос. А за камерой снова послышался плач…

Юноша на школьной скамье,  в университете, на улице, в театре. Везде его отличает одиночество. Нет не просто отсутствие рядом других людей. Холодное, абсолютное одиночество внутри и снаружи. Его плечи всегда сведены, взгляд опущен, как будто он хочет, чтобы его никто не увидел, не заметил. И вот он в лесу, его глаза заплаканы и подняты к небу. Там, наверху, его единственный Друг, единственный Собеседник. Ему он поверяет всю свою боль, всю безнадежность. По экрану бегут образы молитвы. Спины, спины, много людей вокруг и все повернулись к юноше спиной. Степь огромная, пустая, ветряная, и юноша один посреди этой степи. Лицо отца, недовольное, осуждающее, и бледное пятно на месте маминого лица. И вдруг… картина сменяется знакомой Суду по доказательствам обвинителя записи. Корчащиеся в муках, умирающие родители, и плач за камерой….

– Посмотрите на нашего обвиняемого, – призвал защитник, – ему всего 21 год, его Душа высохла от недостатка любви, покрыта незаживающими ранами от отсутствия понимания. Она сжимается от неприятия и одиночества.  Можем ли мы обвинять Разум этого человека, в жестоких видениях. Выросший без тепла и любящей поддержки, какие картины он мог создать? Откуда у этой одинокой, иссохшей Души силы, осветить Разум и помочь ему сделать выбор Любви? Уважаемый судья! Ты требуешь от своих созданий возлюбить ближнего, как самого себя! Но чтобы возлюбить КАК самого себя, нужно прежде научиться любить себя.… А у кого этот мальчик мог научиться любви. Ведь его несчастные родители и сами не умеют проявить это чувство, так чему же они могут научить? Я обращаюсь к Уважаемому Суду. Не судить! Не судить надо этого ребенка! Его надо лечить! Послать в санаторий Любви и Понимания. Назначить ванны радости и воду из источника приятия. Выдавать по три добрых слова трижды в день. Обеспечить 18 любящих прикосновений за сеанс.

Недолго длилось совещание суда. И был вынесен приговор.

Подсудимого признать не виновным в нанесение вреда родителям.

Признать виновным в отсутствии веры в Любовь Творца.

В качестве наказания обязать обвиняемого заботиться о родителях до их ухода в иной мир, который совершиться в глубокой их старости, в связи с необходимостью дать им время осознать свои ошибки и вернуть сыну любовь.

Для  лечения направить обвиняемого в санаторий Любви.

Зашелестели аплодисменты. Обвинитель, представитель защиты, охранники, все в общем порыве радости и благодарности хлопали крыльями. Не радовалась только подсудимая душа. Она вообще не слышала происходящего в зале. В ее реальности происходил другой суд. Суд не праведный. Суд, существование, которого противоречит всем законам Мира. Самосуд…

На этом суде не было представителя защиты. Там показывались только материалы обвинителя. Охранники хлестали обвиняемую душу плетьми осуждения, судья обливал холодной водой презрения, обвинитель жег огнем ненависти.

И там тоже был вынесен приговор. «Виновен, виновен, виновен! Приговаривается к пожизненному одиночному заключению в пустыне Ненависти. Условия заключения – безвоздушная камера»…

Силы света пытались спасти тебя все эти годы. Но ты не хотел видеть их посланников, не хотел откликаться на их взгляды. Пока вдруг неожиданно, ты не заговорил с одной из посланников. Ты произнес только одну короткую фразу: «Мне всегда грустно», но этого было достаточно, что бы дать ей сил проникнуть в твою темницу.

 И вот, теперь ты здесь. Это твой дом. Он ждал тебя все эти годы. В нем живет твоя любящая жена. В него приходят твои постаревшие родители. Они многое поняли, и ждут возможности обнять тебя и сказать тебе все добрые и теплые слова, которые не проговорили за всю жизнь. И еще, они очень нуждаются в твоей любви и поддержке. В этом доме всегда тепло и светло. Его освещает и согревает Свет Любви твоего Творца. Он испытывал боль все годы твоего добровольного заключения и рад твоему возвращению в этот прекрасный Мир.

Только от тебя зависит, где ты теперь будешь жить. И это чудесное, залитое солнцем и пушистой зеленью место и черная пустыня, реальны. «Вот,  даю тебе жизнь и смерть», говорит тебе Творец, «выбери жизнь»…

История одного счастья. Случай из практики доктора Нехамы

papamamayaГрустная история… Бесплодный, в течение 9 лет, брак. Любящие молодые супруги. Она талантливый художник… впрочем, в прошлом, эмиграция пережевала ее кисти, поглотила палитру. Сегодня Алла моет полы в квартирах. Игорь был музыкантом, на новой родине имеет работу тоже, очень творческую, – укладка паркета. Врачами обследованы, проблем нет. Но беременность не наступает. Уже даже попробовали медикаментозное стимулирование, но беременность сорвалась на раннем сроке.
Это «сегодня» происходило 11 лет назад. Перечитывая старые отчеты, я нашла эту историю. Сегодня она уже имеет счастливое продолжение. Read More

Как доктор весы лечил.

appetite(1)Ну что за жизнь? Совершенно некогда заняться собой. На работу бегом (не в моем характере автобуса ждать), с работы бегом. По магазинам бегом, в сад за одним ребенком, на тренировку с другим ребенком, бегом. Вечером на танцы бегом, ну да, времени в обрез, но не бросать же танцы, я ими с детства занимаюсь, в этом вся моя радость. Я и с мужем на танцах познакомилась. Он моим партнером сначала отказался быть, потому что я толстая. А потом на коленях умолял… выйти за него замуж, потому что партнер по танцам у меня уже был. Все бегом, все в прискок, собой заняться некогда! А надо же худеть! Надо же диету! А как же… Пора, пора взять себя в руки и добиться этих, как их… ну 90-60-90.

Я с юности толстушка. Мама говорит “наследственность”, муж зовет меня “сдоба моя”, заинтересованные мужчины “аппетитной пышечкой”, лучшая подруга “бегемотиком”. И уж каких только диет я не пробовала, каких только добавок не пила… Весы как заколдованные показывают 92, и не с места! В магазин зайдешь, ох… джинсики, мини юбочки, все на худых, а на меня одни мешки. Ну, пришлось, конечно, шить выучиться, самой себе дизайнером стать, не кутаться же в бесцветные балахоны в 30 то лет! Ох уж этот вес! Враг мой! Не дает мне покоя. Счастливая Светка! Видела ее вчера, тащилась в бассейн. Похудевшаяяяя! Я ее спрашиваю: “Как???” А она мне: “Доктор Чудотворцев прописал специальную гимнастику!”. Я ее  в кафешку, чтобы поподробнее порасспросить. Себе заказала чаю с эклером (на диету сяду завтра, таких эклерчиков нигде больше не подают!), а Светка достала бумажку из кармана и давай сверять какой-то список с меню. Ну, тут я совсем одурела! Гимнастика и диета от доктора Чудотворцева у меня в голове засели намертво. Так я и не увидела, что подруга закажет, выхватила у нее визитку доктора прямо из кошелька, и бегом. На прием записываться.

Записалась, ждала приема, как на иголках. От нетерпения напросилась на выходные с мужем на рыбалку, чтобы время быстрее прошло. Время и правда, пролетело не заметно. Пока мужики рыбу ловили, мы с детьми, как сумасшедшие за бабочками по лугу гонялись. Потом с аппетитом поели шашлыков (завтра все – диета) и завалились спать в палатках. Ну… то есть дети завалились. А у нас с мужем вдруг такое романтическое настроение проклюнулось… Ну, в общем, вы понимаете…

На завтра, наконец, пришла моя очередь. Доктор Чудотворцев оказался милейшим дедушкой в пенсне (удивляюсь, что я слово это вспомнила, а уж пенсне до сих пор видела только в кино!).

– Заходите, заходите, милочка! На что жалуетесь, чем могу служить Вашей Милости?

– Мне мешает мой вес! – выпалила я.

– Чем же он Вам не угодил?

– Мне только 30 лет, а я вешу 92 кг! Моя подруга Светлана лечится у Вас, она скинула 8 кг! Я тоже так хочу!

– Ну что же… раз вес мешает… будем лечить… – пробормотал доктор, наклонившись под стол.

Когда он снова появился над столешницей, у него в руках были весы. Обычные напольные весы. Из ящика стола он достал три конверта и протянул мне.

-Утром наклеить на весы стикер из желтого пакета, в обед из зеленого, на ужин из синего, взвешиваться 3 раза в день.

– А диета, а гимнастика?

– Девушка, я же Вам уже все объяснил. Вы жалуетесь, я лечу, каждый занимается своим делом.

Я побоялась рассердить странного доктора, сгребла конвертики и помчалась домой, пробовать.

Подходило время обеда, я достала из зеленого пакета веселенький стикер с надписью “Диета”. С некоторым недоумением наклеила его на весы, и пошла разогревать свой фирменный суп с фрикадельками. Вечером вынула из синего конверта стикер “Снижение веса”, налепила на весы, не успела даже удивиться, как в гости пришла Маринка, принесла мое любимое вино и пачку “Вдохновения”. Так что я быстренько вскочила на весы, отметила, что стрелка вцепилась в отметку 92 мертвой хваткой, и побежала на кухню. Утром из желтого конверта выпал стикер “Фитнесс”… Так прошла неделя. Я честно наклеивала стикеры, честно наблюдала за объятиями стрелки весов и цифры 92, и честно злилась. В следующий понедельник, я снова была у доктора Чудотворцева.

– Доктор! Я выполняю все Ваши указания, но не замечаю ни какого эффекта!

– Что Вы говорите??? Мммм, странно, может быть попробовать соколечение? – прошелестел старичок, вынимая из кармана оранжевый конверт.

– Что? Тоже стикеры? – с издевкой спросила я.

– Ну конечно, не станете же Вы поливать весы соком! Это не гигиенично, да и не гуманно по отношению к невинному прибору, он же заржаветь может.

– Доктор, Вы что? Издеваетесь надо мной? – я шипела сквозь сжатые зубы, как встревоженная змея.

-Нет, ну что Вы милочка! Я даже и намерения такого не имел. Посудите сами. Вы изволили жаловаться на повышенный вес, я Вас и лечу, сообразно с симптоматикой.

– Но почему Светке Вы назначили диету и гимнастику в бассейне, а мне эти дурацкие стикеры????

-Ну что ж, давайте посмотрим ее историю болезни. Тааааак таааак, Светлана С. жалобы на тяжесть при передвижении, высокое давление, сахарный диабет. Вы, милочка чем-то подобным страдаете?

-Да нет, – пожала я плечами, – бегаю как заведенная, давление как у космонавта, анализы в норме

– Так отчего же я Вам стану назначать гимнастику и диету. Ваша подруга страдает одышкой при движении, я назначил ей легкую гимнастику, для восстановления подвижности и укрепления дыхательной системы, высокое давление мы лечим плаванием, так как в воде, как в невесомости, давление не ощущается.

-А диета?

– О! Это мое ноу хау! Я лечу сахарный диабет диетой из любимых блюд пациента. Но ваша подруга настолько не любит себя, что напрочь забыла, что ей нравилось кушать в детстве. Нам пришлось связаться с ее мамой, и составить список Блюд Поднимающих Настроение.

-Так значит, мне Вы помочь не можете?

– Ну почему же, моя дорогая леди, вот вам, пожалуйста, еще стикеры для одежды “42 размер”, наклейте их на свои платья, вот Весы Довольства Собой – они всегда показывают 50 кг…

– Стоп, стоп, но как это все изменит мое тело?

– Слава Богу, никак! А зачем же менять такое замечательное тело? Тело, которое бегает на работу и с работы, носится за бабочками, танцует рок-н-рол, получает удовольствие от шоколада и наслаждается уединением с возлюбленным! И не думайте, милочка, и не думайте!!!

Алиса и сущность

aliceАлиса была хорошей женщиной. Доброй, не глупой и работящей. Всякое, конечно случалось… Нервы, сами понимаете, бывает, сорвется, накричит… Вот в один из таких срывов и появилась наша героиня. Не буду разглашать ее имя, ведь она, в сущности, ни в чем не виновата. В сущности… так ее и назовем, условно, Сущность.

Сущность получилась качественная, крупная, агрессивная. Залюбуешься. Поселилась она на 4 этаже, который носит красивое название – Духовные Сферы, и начала оттуда Алисе сигналы посылать. И плохие новости подсовывала, и сомнениями терзала, и случайные встречи режиссировала,  выход к Небесам замуровала. Бедная Алисина Душа криком кричала, пощады просила, но Алиса ни чего не слышала и не замечала. С интересом обсуждала плохие новости, проходила, раздраженно, мимо важных встреч, горевала о потерянном смысле жизни, совсем перестала смотреть на звездное небо.

Пришлось Сущности спустится ниже, на 3 этаж, Ментальную Сферу. Тут было еще раздольнее. Душа своими воплями не мешала, а Разум, такой, милашка, оказался сговорчивый! Что ему не скажешь, всему верит. Уж Сущность наша разошлась, соорудила чудную конструкцию из мыслей о собственной никчемности, о враждебности Мира, о вине родителей в Алисиных бедах. В окна этого сооружения вставила серые стекла недоверия. Стены оклеила картинками из прошлого, изрядно подправленными в фотошопе, не в лучшую, как вы понимаете, сторону. Алиса крепко задумалась на заданные Сущностью темы и сделала ожидаемые выводы. Во всех неудачах были обвинены родители, школа и первый муж. Виноватых следовало примерно наказать! Сущность не дремала, подсказала способы. Конечно, а что же накажет родителей горше, чем очередной развод  дочери? В пику учителям, не оценившим бывшего – будущего гения, Алиса завалила проект, и слетела с работы. Утешая себя сплетнями о первом, а заодно и втором (тоже уже бывшем) муже, Алиса заедала болтовню пирожными и тортиками. Вновь приобретенные 15 кг. зафиксировались лозунгом: “Пусть плачут те, кому мы не достались… Пусть сдохнут те, кто нас не захотел!!!”. На этом этаже Сущности делать было уже нечего. Победа полная и окончательная!!!

Второй этаж был Царством Эмоций. Здесь и повоевать не пришлось. Почва для бескровной оккупации была подготовлена состоянием третьего этажа. Депрессия материализовалась легко, артистично, Сущность даже загордилась собой. Ну не без хлопот, конечно, не без хлопот. Сбегала наверх, набрала грустных воспоминаний, добавила несбывшихся надежд, замешала на обиде. Этим растворчиком замазала все входы в прошлое, что бы случайно Алисе в голову не пришло пойти туда старые раны залечивать. Все ж от заботы, все на благо хозяйке! Не надо ей болезненных воспоминаний, не надо горькой правды. Вот бочка слез, не хватит, еще позаботимся. Ими так удобно омывать свою загубленную жизнь. А вот коробочка Тоски, подсластить одиночество. Отсутствие денег будем лечить Страхом, безработицу Гневом. В сумочку не забыть положить пилюли Обиды, пригодятся,  когда к родителям поедет.

Сущность оглядела сотворенное, отерла лоб и, удовлетворенно хихикнула. Хороший материал попался, податливый!

На первом этаже пришлось попахать! А как вы думаете, легко? Так и бегает бедняга Сущность вверх – вниз, вверх – вниз. Со второго этажа Страха принесет, на сердце положит, остатками позвоночник обернет. Обиду в желудок зальет, гневом печень пропитает. С третьего этажа не сбывшихся надежд натаскает, вокруг талии обложит, злость на себя в поджелудочную железу закачает. Не легко, что и говорить. Но зато результаты! Загляденье! Ожирение, гипертония, гастрит, сахарный диабет! А Алиса тоже не ленится, своим недоверием к Миру отогнала от себя деньги, новую машину. Недовольство судьбой положила на порог, что бы Любовь не прошла. Ну и окружение тоже помогло. У них же ведь тоже Сущности не промах! Убедили Алису, что от ожирения у нее обязательно будет инфаркт, заставили таблетки от депрессии пить. Красота!!!   Сущность разрослась, заматерела, теперь ей уже не приходится по этажам бегать, ее хозяйство управляется автоматически. Иногда, правда прорываются вопли Души с четвертого этажа, но, слава Депрессии, все реже и реже.

Беда, как всегда, грянула неожиданно. И откуда только взялась эта подружка! Ведь Сущность позаботилась окружить Алису такими же горемыками. И вдруг…Из далекого далека, из школьных лет, прискакала Эта, бессущностная! Смотреть противно. Лицо сияет, платье желтое, как цыпленок, глаза смеющиеся, пройти, как человек не может, все бегом да вприпрыжку, не говорит, тараторит! Алиса, хорошая девочка, пыталась ее занятостью отвадить, да нет, куда там! Как клещ вцепилась. Диск принесла. Сущность с Алисой его так запрятали, что потом, сколько ни делали вид, что ищут, так и не нашли. А Та, неугомонная, всем друзьям диски раскидала. И ведь нашлись же такие, что и послушали. И посыпалось со всех сторон “RecLifing, RecLifig” . И кому он нужен? У нас и так все хорошо.

Беда не приходит одна, ударили Сущность ее же оружием. Она так доверяла этому слогану “Ну вот, я же делаю все, что могу, но мне ни чего не помогает”, что упустила момент, когда он подсунул Алисе диск. Тоже ведь не обвинишь, он то как лучше хотел…

Ох, и худо же пришлось Сущности от этого Реклайфинга! Вымел он ее сначала с первого этажа. Прошел светящейся метлой по кишечнику, печени, бронхам, запустил ядовитые для Тоски и Обиды травы в кровь.

Взял Алису за руку, и повел ее по всем закоулкам памяти, плескал Прощением на закупоренные Сущностью двери, распахивал их, выпускал оттуда Обиду, выгонял Страх, селил на их место Любовь. Депрессия, бедная, захирела и исчезла. На третий этаж они уж и не шли. Любовь подняла их на своих крыльях. Реклайфинг посветил Светом Любви на Родительскую Вину, и Алиса увидела вместо нее Родительскую Заботу, под Непризнанием оказалось Восхищение. Хуже всего вышло с бывшими мужьями… Реклайфинг заставил Алису выпить с ними бутылочку Всепрощающего Эликсира, и они уехали в дальние страны со своими новыми, счастливыми семьями, а Алиса им еще и пирожки в дорогу напекла.

И тут Алиса услышала Зов. Это ее Душа, наконец то,  докричалась, достучалась до нее. Алиса, не дожидаясь своего спутника, не нуждаясь уже в чужих крыльях, взлетела на 4 этаж. Там, обнявшись со своею исстрадавшейся в ожидании душой, она заплакала. Слезы ее, чистые, светлые, промыли выход к Небесам. И тогда Душа запела. Это была прекрасная песня, древняя как Женщина и целебная как Любовь. В ней не было слов, и все же она была Молитвой. В ней было все, что Алиса потеряла и нашла вновь. Любовь к Миру, Благодарность к его Создателю, Счастье Жить, Доверие Судьбе и Любовь, Любовь, Любовь, Любовь… А рядом стояла просветленная и счастливая Сущность. Она тоже плакала и пела. Плакала, потому, что ей теперь придется расставаться с Алисой, а пела от Счастья, напоенная Любовью и освященная Прощением.