Отданное право. ©Лель Малахи. Глава повести "Дом на горе"

Дом-на-гореДом выглядел помпезно, высокопарно, величественно и несколько одутловато снаружи.

Он стоял особняком, высоко на горе. Никто никогда не видел его без тяжелой темной тучи, висящей над крышей. И хотя дорога к нему была извилиста, длинна, со многими острыми камнями, она никогда не бывала безлюдна. К дому шли и днем, и ночью, но шли по разному. Один бежал, сломя голову, боясь передумать. Другой тащился, еле передвигая ноги. Третий шел устремив взгляд на порог дома, не обращая внимания на цепляющуюся за его ноги, будто пытающуюся остановить тень. А иной, дойдя до невидимого барьера, хватался за голову, и развернувшись в обратную сторону, бежал от дома к городу, к шуму, к движению.

 Внутри дом был мрачен и хмур, обшарпанные стены и черный потолок. Там было всего две двери с  табличками. Одна гласила «Добровольная сдача прав», другая «Обмен».

«Зачем ты пришел?»

« Не знаю… я так устал, я измучен, мне все надоело и я не вижу больше смысла в этом»

«Ты хочешь отдать право?»

«Да, хочу»

«Но у тебя осталось всего одно, последнее  право? Ты достаточно молод, полон сил, у тебя вся жизнь впереди, столько всего в этом мире, чего ты еще не видел, не пробовал. Может все же обмен?»

«И что я получу в замен?»

« Возможности»…

Человек сидел на высоком мосту и смотрел на безбрежную гладь воды. В ней отражалось небо, а в небе воды океана.

Усталость накапливалась, день сменялся ночью, а человек все сидел и смотрел в водное небо.

«Как же я устал, от этой суеты, от бесконечного выживания. Ничего не хочу, сколько не старайся ничего не изменится.

Все, я хочу остановить этот бег. Бессмысленный бег. В котором минуты, часы, месяцы и годы выброшены выпотрошены затерты и покрыты слоем пыли. В котором расстояния, страны, континенты растянуты, умножены и обернуты вокруг земного шара не один раз.

А в какой-то момент тебе кажется, что все, вот теперь то ты убежал, скрылся, спрятался так надежно как никогда. В этот самый момент чувства, мысли, воспоминания обрывки фраз,  мелодии, сны, закупоренные в пылевлагосветонепроницаемые капсулы, залитые сургучом, запеленутые в слои бумаги да еще закопанные так глубоко и придавленные для надежности бетонными плитами, разом восстали, выросли как гиганты в сто тысяч раз перед лицом твоим и не только не потеряли ничего из спрятанного, но наоборот привели с собой еще из закоулков памяти.

И рушится все вокруг, все стены так тщательно возводимые, широкие как океаны рвы превращаются в жалкие канавки, все, все, что оберегало больше не в силах защитить.

Сил на новый бег уже не осталось, дыхание сбилось, нервы готовы лопнуть от напряжения.

И ты начинаешь перебирать эти пожелтевшие страницы, рассматривать этих монстров памяти, ворошить и склеивать разорванное поруганное тобой же прошлое, и в который раз встаешь перед выбором либо перевести дыхание и снова в путь, либо принять то, что было когда-то с благодарностью и теплом. Высвободить себя из заточения. Позволить себе жить”

 И такая тоска вдруг подступила, сжала сердце в тиски. А внизу разливался океан с его бездонностью.  Там внизу рыбы, в небе птицы и они по своему счастливы. Может оставить всё, перестать задумываться и жизнь наладится?

По воде пробежала рябь. И в этой ряби он увидел, будто идет по пыльной дороге, идет, то торопясь, то останавливаясь к мрачному дому на горе.

« Помнишь как мы встретились в первый раз? Это был крик, крик такой отчаянный, что я не смог не откликнуться на него и в тот раз пришел к тебе сам. Это было твое первое право отданное добровольно. Ты мог остановиться и получить от жизни все, но ты решил по-другому. И ты приходил и приходил и совершал обмены и отдавал то, что принадлежало тебе по рождению. Я все сохранил, вот смотри”

И человек увидел длинные стеллажи в том мрачном доме, стеллажи на которых стояли баночки и коробки и только надписи на них светились в темноте.

“Смотри, тебе было 40, ты пришел отдать право на будущее, правда в обмен на возможности. А в 30 ты отдал право на самореализацию, ты сказал, что совместить семью и творчество не возможно. В 18 взял иллюзию «куска хлеба», взамен отдав право выбирать профессию по душе.  Так с самого рождения ты отдавал свои права на мечты, радость, веру в людей, веру в себя. Менял это на иллюзии, преграды и трудности, “так надо” и “все как у людей”. Ты приходил ко мне снова и снова, не взирая на трудный путь. Ты молил освободить тебя от ненужного бремени и сделать твою жизнь легче и приятней, каждый раз отдавая то, что действительно могло сделать тебя счастливее, отдавая по крупицам самого себя И сейчас ты опять пришел. У тебя не осталось уже почти ничего. Только это последнее право, право поменять свою жизнь в любой момент. Используй его сейчас,  возьми обратно всё, что так бездарно отдал и начни жить”

Водная рябь смыла картинку. И в ясности неба, отраженного водной гладью, показалось готовое решение. “Высвободить себя из заточения. Позволить себе быть … Не убегая, а аккуратно собирая каждую возможность, нежно пестуя каждую мечту, не отказываясь ни от одной сумасшедшей идеи. Жить.”

2 thoughts to “Отданное право. ©Лель Малахи. Глава повести "Дом на горе"”

  1. Сказка, которую нужно смаковать…послевкусие держит долго…
    Спасибо!

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *